Johnyboy — Вечно горящий дом

Сегодня Тимур спросил меня: А кто мой папа?
Я не знал, что ему ответить, е

Мама, вы с папой разошлись — это скверная правда,
Но ты всегда поступишь правильно, наверно, так надо.
Мне было всего три, когда жить я уехал с мамой;
Ещё мелкий был и не проникся сей мелодрамой.

За годы менял я школы, мама — парней, работы годами.
Со мной одним одиноко, ведь ей на фото за годы,
Мои нервы были поражены, за годы батя мне
Подарил сестру от новой жены.

Переливание крови, я в клинике снова,
Я был закомплексованным и ночами рыдал от боли.
Получал в бошку от старших я за длинный язык,
Всю злость убивал футбольный мяч, мечтал покинуть низы.

Потом батин развод, мне четырнадцать, но я слышал:
сынок накатим по сто, вот это бл*дь, повезло!
Я был заживо погребён и задушен материком
И вдруг внезапно появился в жизни матери он.

Припев:
Слушай, когда ночь уйдёт, когда засветит Cолнце,
Когда зло умрёт, когда исчезнут монстры,
Когда боль пройдёт ты всё поймёшь,
Позабудь ты о прошлом и просто живи красиво.

Слушай, когда ночь уйдёт, когда засветит Солнце,
Когда зло умрёт, когда исчезнут монстры,
Когда боль пройдёт ты всё поймёшь,
Поцелуй нашу маму и просто скажи: «Спасибо».

Мамин новый мужик… Подружились мы с ним резво,
Рядом с вечно бухим отцом трудно было мне мыслить трезво.
Я вскоре словно был в ошейнике и рыл траншеи,
Пока отчим общался с кем-то будто забыв наш family.

Вместо ремонта в хате ты шутки травил с охранником
И пил свой Heineken, пока шла на работу мать.
Я видел тебя с другими. Может, довольно врать ей?
Кому ты купил сережки? Кому дорогое платье?

Денис, тебя есть не просили, кто разрешил тебе
залезть в холодильник? Мелкий, забейся в могиле.
Твоя мама по делам, да. И мы вместе в квартире.
Но не мешай, не пиши дико свои песни дебильные.

Батя не поможет, в тушу пустую залил галлоны;
И мама сочтет за ревность, простую мои прогоны
Я не знаю, сколько протяну еще времени так,
А через пару дней узнал, что мать заберенела…

Припев:
Слушай, когда ночь уйдёт, когда засветит Cолнце,
Когда зло умрёт, когда исчезнут монстры,
Когда боль пройдёт ты всё поймёшь,
Позабудь ты о прошлом и просто живи красиво.

Слушай, когда ночь уйдёт, когда засветит Солнце,
Когда зло умрёт, когда исчезнут монстры,
Когда боль пройдёт ты всё поймёшь,
Поцелуй нашу маму и просто скажи: «Спасибо».

Мой дом стал моим адом. Мама рада и вправду
И даже не знает, что он мозг ей парит, падла.
Я держался долго, но в исправление точно не верил я,
Неделю за неделей раз-два, вот и точка кипения.

Меня тянет поблевать от твоих жгучих острот,
Каким бы не был мой отец козлом, он лучше раз в сто.
Когда ты рядом — мука, кровоточат и очи,
Не знаю кто ты, с*ка, но ты точно не отчим.

Мне дал затрещину, свалился я на кухонный стол,
Поднялся, двинул со всей злости ему в ухо, в лицо.
Ты не извинился — к черту, ты не сделал и вида,
Ты на кого сейчас поднял руку? Не ох**л ли ты, гнида?

Мама узнала все и тебя течением смыло,
К черту выкинут был с дома ты до рождения сына.
Клялся, что твой сын родится — будешь шелковым папой,
Мы не дадим тебе увидеть его, шел бы ты нах**.

Припев:
Слушай, когда ночь уйдёт, когда засветит Cолнце,
Когда зло умрёт, когда исчезнут монстры,
Когда боль пройдёт ты всё поймёшь,
Позабудь ты о прошлом и просто живи красиво.

Слушай, когда ночь уйдёт, когда засветит Солнце,
Когда зло умрёт, когда исчезнут монстры,
Когда боль пройдёт ты всё поймёшь,
Поцелуй нашу маму и просто скажи: «Спасибо».

Понимаю, принимать всю боль теперь мне за семью.
Глаза братишки просят папу, его я не заменю,
Но надеюсь, что поймешь. Не злись на меня и на маму;
Поверь, что так будет лучше — тебе желаем добра мы!

Понимаю, принимать всю боль теперь мне за семью.
Глаза братишки просят папу, его я не заменю.
Не пугайся, коль приснится вдруг чей-то скрепящий стон —
Этот мудак запер под землю вечно горящий дом!

Спокойной ночи… Я люблю тебя и нашу маму…
Все, что не делается все к лучшему… Спасибо.